Мацуро Мацуяма

Рэнго Сэкигун — Красная Армия Японии
Радикальная идеология и самурайские традиции

Слева — лидер военной организации Сэкигун Дзюндзо Окудайра, справа — глава Политбюро «Красной Армии» Фусако Синэгобу.

В начале 1950-х годов вся Восточная Азия была охвачена пожаром революции. К вящему ужасу американских империалистов, готовых уже схватиться за свой последний аргумент — ядерную бомбу, Восток алел идеями коммунизма. Бойцы Китайской народной армии очистили весь континентальный Китай от марионеточных гоминданевских генералов, войска маршала Ким Ир Сена вступали в Сеул, а южнокорейцы и американцы спасались на маленьком клочочке земли у порта Пусан, героические партизаны Вьетминя взяли в клещи регулярную французскую армию под Дьем Бьен Фу, разворачивалась партизанская борьба под руководством коммунистов в Индонезии, английской Бирме и французском Индокитае. В этих условиях компартия Японии взяла курс на вооружённое восстание и развёртывание партизанской войны по образу и подобию Китая. Но уже к 1952 году, под влиянием пробравшихся в руководство ревизионистов, которые взяли верх после смерти Сталина, вынуждена была его свернуть. Революционные силы, выступавшие за вооружённый путь, вышли из компартии. Но они были слишком слабы и постоянно грызлись между собой по вопросам теории, так что первую группу, способную вести вооружённую борьбу, «Сэкигунха» (Фракцию Красной Армии), им удалось создать лишь в 1969 году в разгар студенческих волнений.

Основу организации составили студенческие вожаки, но из одних университетских интеллектуалов партизанский отряд не создашь, и в организацию были привлечены молодые хулиганы-пролетарии из леворадикальной рокерской банды «Чёрные шлемы». Эти японские «Ангелы ада» разъезжали на своих мотоциклах по богатым пригородам Токио и швыряли буржуям в окна бутылки коктейлем Молотова, или же ловили в подворотне богатого маменькиного сынка и метелили его железными цепями. Глубокой идеологии у них не было, но несколько важнейших фраз из «Красной книжечки» великого председателя Мао они затвердили наизусть.

Учредительная конференция «Сэкигунха» состоялась 4 сентября 1969 г. Новая организация взяла себе за образец революционные партизанские армии, действовавшие в свое время в России, на Кубе и в Китае. Целью была провозглашена мировая революция, которую должна будет осуществить единая Красная Армия народов Африки, Латинской Америки, Вьетнама, Кореи и Японии. Революция, которая начнется в странах Третьего мира, и охватит потом всю планету… В качестве ближайших задач в принятой на съезде декларации «Призыв к войне» были указаны следующие: «Мы должны взорвать Пентагон, Главное полицейское управление и Управление национальной обороны Японии. Мы должны смести буржуазию с лица Земли». Интересное совпадение: и западногерманская RAF, и японская «Сэкигунха» взяли независимо друг от друга одно и то же название «фракция Красной Армии». Сэкигуновцы стали пионерами городской герильи в экономически развитых капиталистических странах. В то время, когда была создана Сэкигун, Андреас Баадер только получил свой первый срок за поджог универмага, а основатели Красных Бригад ещё зубрили социологию в университете Тренто.

Для того, чтобы организация могла вести подпольную боевую работу, требовался крепкий финансовый базис. Поэтому первой операцией, осуществлённой «Сэкигун», стала операция «М» («money»). Японские красные партизаны начали регулярно изымать деньги из банков, почт, контор, у отдельных инкассаторов. Дело это было новое, опасное, новички постоянно совершали ошибки — более полусотни бойцов «Сэкигун» было арестовано полицией во время экспроприаций. Попал в лапы полиции и основатель организации Такая Сиоми. Лидером организации стал видный теоретик и практик городской герильи Цунэо Мори. Укрепление финансовой базы дало свои результаты — были созданы 4 новых отряда, и теперь деятельность «Сэкигун» охватывала всю территорию страны.

Были претворены в жизнь планы новых операций: операция «Б» предусматривала создание баз организации за границей, что позволило ей впоследствии перенести свою деятельность на Ближний Восток, Операция «П» («Пегас») представляла собой план захвата посольства одной из западных стран с требованием освободить Такая Сиоми и предоставить самолет для того, чтобы все участники акции и вождь могли беспрепятственно улететь в Красный Китай. Эта операция была намечена на 15 июля 1969 г., но не состоялась, потому что буквально накануне, в результате деятельности засланного в организацию провокатора, полиция произвела массовые аресты среди членов «Сэкигун». Зато прогремела на весь мир операция «Ф», названная так в честь птички Феникс, изображённой на эмблеме японских авиалиний.

31 марта авиалайнер «Ёдо» государственной японской авиакомпании «Джал» совершал обычный внутренний рейс по линии Токио-Фукуока, как вдруг посреди салона вскочили со своих мест 9 молодых людей с автоматами Калашникова и самурайскими мечами. Командир отряда Такэо Такамото скомандовал: «Всем оставаться на своих местах! Это захват! Летим в Пхеньян. Да здравствует товарищ Ким Ир Сен! Банзай!». Это была акция возмездия, 122 сытых японских пассажира стали пленниками авангарда японских красных партизан. Хитрый экипаж попытался обмануть бойцов «Сэкигун» и сперва посадил самолет в Сеуле, а южнокорейские марионетки, переодетые в форму Корейской народно-революционной армии, хотели убедить японских красноармейцев, что те находятся уже на территории КНДР. Но они не знали даже элементарных основ идеологии чучхе, обязательных для каждого солдата народной Кореи, и легко были уличены во лжи. Несмотря на все подлости, устроенные японскими и южнокорейскими властями, «Сэкигун» проявила редкостный гуманизм и освободила всех пассажиров в обмен на министра транспорта Японии. 4 апреля самолет прибыл в Пхеньян и стал подарком корейскому народу к 15 апреля — Дню рождения великого вождя товарища Ким Ир Сена. С тех пор бойцы этого отряда «Сэкигун» счастливо живут и трудятся в стране подлинного социализма, окружённые неустанной заботой великого вождя и любимого руководителя.

В то же время параллельно с «Сэкигун» в Японии действовала ещё одна боевая организация, опирающаяся на идеи Мао Цзэдуна — «Кэйхин ампо кёто» (Совет совместной борьбы против договора безопасности) или просто Кэйхин. Основной целью этой организации была антиамериканская антиимпериалистическая борьба. Так называемый американо-японский «Договор безопасности» предусматривал постоянное военное присутствие американцев на Японских островах, наличие военных баз и проведение совместных маневров, направленных против стран социализма. В августе 1969 года «Кэйхин» накануне визита тогдашнего министра иностранных дел Айти в СССР и США забросала территорию посольств этих стран коктейлем Молотова. Акция была проведена в знак протеста против действий американских империалистов во Вьетнаме и стратегии мирного сосуществования с империализмом, проповедуемой брежневскими ревизионистами.

Народно-революционная армия Кэйхин под руководством Хироко Нагата одним ударом решила проблему оружия, совершив налёт на крупный магазин охотничьего оружия в городе Маока. У Кэйхин скопился избыток оружия. У Сэкигун же оружия катастрофически не хватало. После успешного осуществления «Операции Ф» весь арсенал группы составляли лишь несколько пистолетов и самодельные пластиковые бомбы, которые клепал на небольшой подпольной фабрике технический гений Сэкигун Цутому Умэнаи. Зато денежных средств после проведённых экспроприации явно было в избытке. Всё это положило начало взаимовыгодному сотрудничеству: лидер Кэйхин товарищ Нагата передала Цунэо Мори крупную партию оружия, а тот, в свою очередь, подарил Кэйхин 300 тыс. иен.

Вскоре обе революционных организации объединились под новым названием «Рэнго сэкигун» (Объединённая Красная Армия). Для укрепления боеспособности армии в феврале 1972 года было решено провести полевые учения в префектуре Гумма. Учения, в духе лучших маоистских традиций, решено было совместить с внутренней чисткой объединённой организации и кампанией взаимной критики и самокритики. В результате учений в префектуре Гумма 14 членов организации, которых сочли недостаточно преданными делу революции и борьбы с империализмом, были казнены. После того, как их тела были обнаружены, буржуазная и ревизионистская пресса подняла вой о «бесовщине» и «нечаевщине» японских террористов. «Рэнго сэкигун» платные гуманисты плотно приклеили ярлык «самой кровожадной террористической группы в мире».

Давайте попробуем разобраться в этой истории спокойно, без интеллигентских истерик. Психология современного японца сильно отличается от психологии современного европейца. Она формировалась тысячелетиями, и основу, стержень её составляет идея преданного служения. Первоначально это была сформулированная самурайским кодексом чести Бусидо идея верного служения своему феодальному владыке, после революции Мэйдзи — идея служения императору, в наше время — идея служения корпорации, на которую работает японец. Этим во многом и объясняются их феноменальные успехи в экономике. Отступление от избранного пути, малейшее проявление слабости, сомнения в верности считались позором, смыть который могла лишь кровь, и самурай, заподозренный в измене или трусости, обязан был совершить харакири. Не всякому доставало силы воли силы воли вскрыть себе живот самому, и опозоренный просил ближайших друзей быть помощниками в совершении этого мрачного обряда. Бойцы «Рэнго сэкигун» в полной мере были ревнителями самурайского кодекса чести, только вместо феодальных властителей или сомнительных религиозных доктрин они служили идее мировой революции. Они сами считали, что нетвёрдость их убеждений заслуживает наказания смертью и просили своих товарищей помочь им смыть позор кровью. Один из уличенных в отступничестве даже попросил, чтобы ему помогли сделать харакири его младшие братья. Подобная твёрдость и бескомпромиссность японских революционеров достойна уважения.

После «резни в префектуре Гумма» полиция со всех сторон обложила Сэкигун. Уходя от преследования, красноармейцы захватили в прибрежном курортном местечке Каруидзава роскошную виллу «Асомаяма» и взяли её хозяйку в заложницы. Но судьба заложников мало интересовала полицейских: 28 февраля спецподразделение берёт дачу штурмом. В лапы стражей порядка попало 17 членов Сэкигун, кое-кто начал давать показания… В результате полиции удалось разгромить практически все базы организации на территории Японии. Был брошен за решётку и покончил с собой в токийской тюрьме Цунэо Мори, приговорена к смертной казни Хироко Нагата. Казалось, «Рэнго Сэкигун» окончательно разгромлена. Но не стоит забывать о плане «Б», о базах на Ближнем Востоке…

В последние дни мая 1972 года в главном израильском аэропорту «Лод» особенно велик был наплыв «репатриантов» из СССР. Любители легкой жизни из числа наших бывших сограждан как мухи на… мёд слетались на территорию «земли обетованной». У стойки толстый пожилой валютчик объяснял начинающему фарцовщику: «Израиль, молодой человек, это вам не Союз. Здесь никакие коммунисты не помешают нам обделывать свой гешефт!». Тем временем прямо перед ними таможенник остановил трёх низкорослых улыбчивых японцев, прибывших парижским рейсом. Таможенник поинтересовался содержимым их багажа, и не успел и глазом моргнуть, как японцы выхватили из сумок АК-47 и открыли огонь по прислужникам израильского государства. Последнее, что услышали в своей жизни несостоявшиеся «новые израильтяне» был крик: «Кёсан банзай!» — «Да здравствует коммунизм!» по-японски.

Этими героями были сэкигуновцы Такэси Окудайра, Ясуюки Ясуда и Кодзо Окамото. Отбивались они до последнего, застрелив два десятка израильских полицейских и ранив почти сотню. Когда патронов больше не осталось, Окудайра и Ясуда подорвали себя гранатой. Мировая пресса окрестила эту акцию «Бойней в аэропорту Лод». Тяжело раненого Кодзо Окамота израильским коммандос удалось взять живым. В 1985 году японца, ставшего национальным героем Палестины, израильские власти обменяли на своих солдат, попавших в плен к палестинским повстанцам в ходе интифады.

Переместившись в Палестину, международный отдел Сэкигун стал называться «Арабу сэкигун», т.е. «Арабская красная армия». Но для организации, на 100% состоящей из японцев, это звучало несколько комично. В конце концов, за организацией окончательно закрепилось название «Нихон сэкигун», что, собственно, и значит «Красная армия Японии». Во главе организации встала вдова погибшего в аэропорту Лод Такэси Окудайро — Фусако Сигэнобу (она же Мириам, она же товарищ Шамиля). Дочь профессора, интеллектуалка, с отличием окончившая университет Мэйдзи, красивая женщина, она стала Вождём японской революции, духовным лидером несгибаемых борцов за социализм. До сих пор она продолжает руководить Сэкигун и скрывается где-то на тайной базе в долине Бекаа в Ливане.

Японские красноармейцы начали действовать в теснейшем контакте с марксистско-ленинским крылом освободительного движения Палестины. На долгие годы ближайшим союзником Сэкигун стал Народный фронт освобождения Палестины (НФОП) во главе с Жоржем Хаббашем по прозвищу «Аль-Хаким» (Мудрец). В отличие от двоедушного Арафата, Хаббаш никогда не шёл ни на какие компромиссы с израильским режимом и не пытался заигрывать с великими державами. Про него среди палестинских арабов ходила поговорка: «Если у огня, которым пылают палестинские партизаны, и есть хранитель, то это доктор Хаббаш».

С переброской в Ливан изменилась и организационная структура Сэкигун. Общее руководство осуществляло Политбюро во главе с Фусако Синэгобу. За техническую подготовку операций, создание и оснащение баз отвечал Организационный комитет, действовавший, в том числе, и на территории Японии через подставные легальные организации вроде Центра помощи народу Палестины или Комитета поддержки освобождения Палестины. Непосредственное выполнение боевых заданий возлагалось на Военный комитет Сэкигун во главе со знаменитым боевиком Дзюндзо Окудайро.

Важным звеном деятельности «Нихон сэкигун» на Ближнем Востоке стало информационное обеспечение акций Сэкигун. Ведь цель революционной борьбы городских партизан, как учил Карлос Маригелла, заключается не в том, чтобы уничтожить того или иного одиозного представителя властвующей элиты, но в том, чтобы через средства массовой информации донести до населения крупицы правды о борьбе революционеров, заставить простых рабочих задуматься о том, чего требуют эти люди, и посеять страх и неуверенность среди представителей правящих классов. Оставлять это дело продажной буржуазной прессе нельзя было ни в коем случае. Поэтому Сэкигун организовала собственную киностудию «Вакамацу продаксьён», принадлежащую якобы одному из красноармейцев Кодзи Вакамацу, на которой снимала фильмы о своей борьбе.

Киностудия играла двоякую роль. С одной стороны, она была «крышей», под которой осуществлялась переброска основных сил Сэкигун в Ливан. Она служила прикрытием от чрезмерного любопытства властей к тому, что происходит в тренировочных лагерях, дескать, кино про войну снимаем. С другой стороны, эта студия действительно снимала агитационно-пропагандистские фильмы о деятельности Сэкигун, такие как документальный фильм «Красная Армия — НФОП. Манифест борьбы за мировую революцию». Под руководством профессионального режиссера Масао Адати действовал специальный отряд, занимавшейся прокатом этого фильма в странах Европы и Японии. Позднее этому отряду поручили все функции «паблик рилэйшн» — распространение в прессе комментариев, заявлений и деклараций — и он стал называться Информационный центр мировой революции. Часто бойцы Сэкигун распространяли свои материалы и через информационный орган НФОП газету «Аль Хадаф».

Стоит сказать ещё несколько слов о тактике «Нихон Сэкигун». Теперешняя истерия вокруг бомб в метро, троллейбусах и на вокзалах заставила СМИ вспомнить о «левых террористах» на Западе. Журнал «Коммерсанг-weekly» назвал даже в качестве возможного левого следа активистов «Студенческой Защиты». Но любой квалифицированный западный терроролог высмеял бы эти утверждения. Всем известно, что левые группы не практикуют взрывов в людных местах, там, где жертвами их могут стать представители трудового класса. Подобную тактику применяют лишь неофашисты в рамках стратегии «нагнетания напряжённости» и некоторые немарксистские национально-освободительные движения ИРА, ЭТА, палестинцы-исламисты.

Городские партизаны из марксистских и марксистско-ленинских организаций используют тактику «точечных ударов», направленных против наиболее одиозных представителей правящего режима. Как учил Карлос Маригелла, такие удары не только способствуют ослаблению карательного аппарата буржуазного государства, но и привлекают на сторону сражающихся революционеров широкие массы трудящихся. Установка же взрывных устройств допускается только в тех местах, где они способны нанести непоправимый ущерб врагу — в казармах, полицейских участках, учреждениях государственной власти.

Что же касается угонов самолетов, то большинство левых сражающихся групп городских партизан отвергают это средство борьбы, считая, что большинство пассажиров — люди случайные и невиновны в преступлениях империализма. Но Сэкигун, НФОП, Карлос и связанная с ним западногерманская группа «Революционные ячейки» всё-таки участвовали в угонах. В сборнике документов «Сэкигун» «Призыв к мировой революционной войне» говорится, что угон оказывает на власти наибольший эффект, сравнимый лишь с эффектом шока. При этом, преодолевая границы между народами, искусственно воздвигнутые буржуазными государствами, революционеры переносят искры революционной войны из одной страны в другую. К тому же сэкигуновцы справедливо полагают, что представители трудящихся имеют мало шансов купить билет на международный авиарейс, а руководство японских авиакомпании прочно запятнало себя тесным сотрудничеством с секретной полицией. «Мы сознательно отказываемся от национальной ограниченности, насильственно прорываясь через государственные границы, мы делаем шаг на пути сближения пролетариата разных стран», — говорится в документах Сэкигун.

Наиболее яркие акции проведенные Сэкигун в начале-середине 1970-х годов таковы. 21 июля 1973 года Осама Маруока и трое членов НФОП угнали голландский авиалайнер, следовавший рейсом Амстердам-Токио. После приземления в Ливии заложников отпустили с богом, а самолет был взорван в назидание империалистам.

30 января 1974 г. Есинаки Ямадо, Харуо Вако и трое палестинцев взорвали нефтехранилище транснациональной корпорации «Шелл» в Сингапуре. И, скрываясь от преследования, захватили морской паром вместе со всем экипажем. Паром обложили со всех сторон с земли, с воды, с воздуха. Казалось: боевикам «Сэкигун» нет спасения. Но на шестой день осады пятеро боевиков НФОП ворвались в японское посольство в Кувейте и взяли в заложники 29 сотрудников посольства, включая и самого посла. Требование одно — предоставить самолет блокированным на пароме в Сингапуре революционерам. Власти, скрипя зубами, идут на условия палестинцев, и самолет, захватив по пути кувейтскую группу, благополучно приземляется в столице социалистического Южного Йемена Адене, где солдат мировой революции чествуют как героев.

13 сентября трое боевиков Сэкигун в масках ворвались во французское посольство в Гааге и захватили в заложники 9 французских дипломатов. Как потом удалось установить Интерполу, это были Дзюндзо Окудайра, Харуо Вако и Дзюн Нисикава. Они требуют освободить Есинаки Ямадо. за два месяца до этого попавшего в лапы парижской полиции во время подготовки очередной операции. У товарища Ямадо прислужниками буржуазного французского государства были изъяты шифрованные планы, фальшивые доллары и паспорта, ему грозил серьёзный срок. Но Сэкигун никогда не бросала своих товарищей в беде, если оставалась хоть малейшая надежда их выручить. Попутно участники операции потребовали от французских властей 300 тысяч долларов наличными на нужды мировой революции. Французским властям не оставалось ничего другого, как выполнить эти требования: на аэродром Скипхол под Амстердамом были доставлены Ямадо, участники акции и требуемая сумма, самолет взял курс на Дамаск. Всё прошло успешно, только жадные сирийцы отобрали у революционеров деньги, честно добытые в схватке с империализмом.

В марте 1975 года двое сэкигуновцев Дзюн Нисикава и Кадзуо Тахира были задержаны в Стокгольме во время фотографирования ливанского посольства. В ответ на это 4 августа 1975 г. пятеро (!) бойцов Сэкигун захватывают американское и шведское посольства в столице Малайзии Куала-Лумпуре. У них в плену оказалось 53 посольских работника. В обмен на них участники акции требуют освободить задержанных в Стокгольме и ещё шестерых членов Сэкигун и «Лиги антияпонского вооружённого фронта Восточной Азии», томящихся в японских застенках. И снова полный успех — участники операции и освобождённые товарищи скрываются на самолете в Ливию.

28 сентября 1977 г. командой под руководством Осамо Маруока в воздухе захвачен авиалайнер компании «Джал», следовавший рейсом Париж-Токио (155 пассажиров и 14 членов экипажа). Самолет совершает вынужденную посадку в Дакке. Организаторы угона выставляют требования — освободить из японских тюрем девять видных революционеров, передать бойцам «Сэкигун» 6 миллионов долларов и дозаправить самолет. Все условия выполнены. Беспрецедентная в истории угонов сумма попала в руки борцов за мировую революцию. Самолёт в конце концов прилетел в Алжир, а организаторы акции скрылись вместе с деньгами.

Такие головокружительные действия — и ни одного провала. А ведь осуществляло всё это боевое ядро Сэкигун, состоявшее в лучшем случае из двух десятков боевиков. И заложников после артистично проведённых акций всегда отпускали. Это вам не чеченские националисты, которые мирных жителей готовы сотнями гнать под пули, тут страдал только мировой капитал.

С той поры до середины 1980-х Сэкигун не проводила самостоятельных операций, участвуя в акциях НФОП. Собственно говоря, руководство Сэкигун, начиная с 1977 г., не взяло на себя ответственность ни за одну насильственную акцию, и, рассказывая о дальнейшей деятельности Сэкигун, нам придется опираться на данные Интерпола. А им только дай волю, они и землетрясение спишут на действия «левацких террористов».

В мае 1986 года во время встречи большой семерки в столице Индонезии Джакарте были обстреляны из гранатомета посольства США, Японии и Канады.

В мае 1987 года во время встречи Большой семёрки в Венеции были обстреляны посольства США и Великобритании. Аналитики Интерпола считают, что это была акция возмездия в ответ на бомбардировку США мирного гражданского населения Ливии.

В том же году в Штатах был задержан член Сэкигун Ю Кикумура с грузом пластиковых бомб. Обвинения против него были высосаны из пальца. Ну в самом деле, почему бы добропорядочному японцу не возить с собой немножечко взрывчатки? Несмотря на это, его посадили всерьез и надолго. Вот оно, хваленое американское правосудие. А ведь за год до того Кикумуру арестовали в аэропорту в Голландии с двумя фунтами динамита в банке из-под сока и детонаторами, спрятанными в радиоприёмнике — и ничего, отпустили. Ведь он ничего плохого не сделал.

Буржуазные средства массовой информации пытаются приписать Сзкигун и взрыв южнокорейского авиалайнера над Малайзией в декабре 1987 года, но, как уже говорилось выше, это не их почерк. Хотя ничего плохого в том, что взорвали южнокорейских марионеток, нет. Ведь они пытались в то время превзойти своей Олимпиадой торжества Всемирного фестиваля молодёжи и студентов в Пхеньяне. Впредь праздные туристы поостерегутся летать в Сеул!

Серьёзный удар по Сэкигун нанес развал СССР и крах мировой системы социализма. Хотя всё это были ревизионистские государства, прямой поддержки Сэкигун не оказывавшие, но на территории некоторых из них, например в Румынии, сэкигуновцы иной раз находили убежище. Информационное бюро Сэкигун распространило в этот период ряд заявлений, осуждающих контрреволюционные процессы в СССР и других странах социалистического лагеря

Структура Сэкигун с середины 1980-х годов изменилась мало. По данным Интерпола, штаб-квартира и информационный центр расположены в Бейруте, тренировочные лагеря в долине Бекаа, интеллектуальный центр, планирующий операции в Париже, наиболее известные боевики живут нелегально по сфабрикованным документам в разных странах Европы. 1996 год стал годом возрождения Сэкигун и знаменовал собой переход к новой тактике. Теперь сэкигуновцы начинают действовать в тесном союзе с силами марксистско-ленинских партизанских движений, ведущих вооружённую борьбу в сельских районах стран Третьего мира.

Впервые тактика блока с сельской герильей была использована во время наступления Сэкигун 1986-1987 годов. Японские красноармейцы попытались закрепиться на Филиппинах, где в освобождённых районах в джунглях долгие годы ведет борьбу местная маоистская компартия. Тогда же Осама Маруока вместе с местными партизанами осуществил успешную операцию по пленению руководителя местного филиала компании «Мицуи». Выкуп составил 250 млн. иен. Но вскоре базы Сэкигун на Филиппинах были раскрыты полицией, а сами боевики арестованы.

И вот, десять лет спустя, Сэкигун вновь идёт на тесный союз с партизанами. В марте этого года при переходе границы между Камбоджей и Вьетнамом вблизи от районов, контролируемых красными кхмерами, Интерполом был задержан Ёсими Танака. У него были изъяты северокорейский паспорт и более миллиона долларов фальшивыми 100-долларовыми купюрами старого образца. Техника подделки филигранна, отличить от настоящих их практически невозможно. Танака был участником самого первого сэкигуновского угона самолета в Пхеньян в марте 1970 года. На допросах революционер вёл себя мужественно, заявляя, что он северокорейский гражданин и требует немедленной встречи с послом.

В начале июня в столице Перу Лиме была задержана с фальшивым филиппинским паспортом Кадзуэ Иосимура, участница нападения на французское посольство Гааге в 1974 году. У неё были изъяты агитационно-пропагандистские материалы сражающейся компартии Перу «Сендеро луминосо». Сразу после задержания героическая женщина объявила голодовку, так что через несколько дней, когда к ней были допущены журналисты, во время интервью у неё случился обморок.

Выводы делайте сами. Сэкигун вновь действует. Борьба продолжается! Банзай!